Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Трое в джипе не считая мартышки

00:50 

Saiyuki-fan
Название: Про Хаккая и Канан
Автор: Fujin!!
Пара/Персонажи: Хаккай/Каннан
Рейтинг : R за кровь
Жанр: ангст, дарк
Предупреждения: почти десфик, читать осторожно (от модераторов)
Статус: закончен
Дисклеймер: все права принадлежат Минекуре-сама
Разрешение автора на размещение: публикуется с позволения автора))
Содержание: ну, как будто бы у них всё было хорошо. никто не умер, он пришёл, её спас и все жили долго и счастливо


Он добродушный терпеливый человек с мягкой улыбкой, заботливый и невозмутимый. Он улыбается постоянно и может очаровать любого, и порой похож на снисходительного папочку, вывезшего на прогулку троих детей.

Шумных, задорных, злых.

Его руки так красиво лежат на потёртой коже руля. У него улыбчивые зелёные глаза. Ничего, что один из них ненастоящий. Это далеко не самое фальшивое из того, что у него есть.

Иногда он просыпается от навязчивого запаха крови на коже. Иногда он шутит о том, с какой скоростью разложатся его друзья.

Он тот, кто во время попоек растаскивает их по комнатам и укрывает одеялом. Он тот, кто ладит с их единственным средством передвижения и ищет удобный путь. Он тот, кто может, мило улыбнувшись, мимоходом извлечь взрывчатку из-под стола.

Он ни на что не претендует, что вы.

Он терпеливо смотрит на все их перебранки и порой кажется стариком.

Он улыбается, улыбается, улыбается – даже во сне, круглосуточно.

Вообще-то, он редкий лицемер. Он умеет врать до самой глубины души, так, что даже сердце считает слова правдивыми.

Есть сила в этой лжи и в этой заботе, когда положено ненавидеть и озлобляться.

Он сильный, он потрясающе, очень сильный.

Никто никогда не сможет убить, унизить, сломать его.

Он же сильный.

Он гораздо раньше сделает это

Сам.



***



Кровь ссыпается с рук густой грязно-бурой коркой и веется – как пепел или мелкий песок. Она жёсткая и царапается, эта кровь мёртвых людей и не-людей, на коже – вперемешку. Как универсальный символ дружбы народов.

Он убивал их – сейчас он может сказать с жёсткой твёрдой уверенностью – они кричали, а он убивал. Он не помнит, как вдруг вырвалась наружу эта чистая, годами сдерживаемая ненависть. Не помнит, кто был первым. Не помнит, почему. Есть только кровь на руках – всё новая и новая, и убийство слилось в единственно возможный способ существования, такой же естественный и необходимый, как дыхание или стук сердца.

В самом деле, наивно думать, будто нечто одно, пусть даже предательство, пусть даже будущая смерть любимой девушки – способно заставить сорваться. Особенно такого милого, вежливого человека, как Чо Гоно. Он всегда улыбался соседям, он всегда готов был играть с чужими детьми, носил продукты старушкам и знал, что всё это зря. Ниде не любят чужаков, их провожают настороженными взглядами, сворачивают лавочки и опасно ходить вечерами – так уж повелось, ничего не поделаешь.

Извиняющеся улыбнуться и развести руками.

Он обещал защищать её. Он обещал, что всё у них будет хорошо.

Он убивал их, он помнит, он знает это по сухой грязно-бурой корке крови но руках – убивал. Всего за одну ночь, целая деревня и более тысячи ёкаев. Как так можно. В эту ночь умер человек по имени Чо Гоно, и ёкай Чо Гоно тот, кого никогда не рожала в криках и боли ёкайская мать.

Он искал сестру всю свою жизнь. Он добивался её. Он умер, когда её забрали. Гораздо раньше, чем человек Гоно. Себя не жаль, себя никогда не жаль – и он убил их всех до одного.

Сплошной алый туман, кровь веером брызг, как песчаная буря рассыпается перед глазами – до самого подвала замка. Куда он прошел через всю деревню, вырезая соседей, которым улыбался, детей, с которыми играл, старушкам, сумки за которыми носил. Есть в этом безумии что-то совершенно трезвое, расчётливое и рациональное – стремление к безопасности, чтобы не обманули снова. Куда он пришёл через весь замок, убивая тех, кого побоялись в деревне.

Спустился в самый низ, подвал, бездну – и, о, все буддийские боги, - сколько же в этом пафосного символизма.

Просто Канан держали внизу.

Он убил их всех, он увидел Канан, он опомнился, и вывороченные внутренности и пробитые головы наверняка не самая лучшая декорация для принца, спасителя на белом коне. Но это ничего.

Я пришёл спасти тебя, Канан, ну что же ты дрожишь?

Она сидела за прутьями решётки и дрожала, и дрожь эта заметна была сразу – по тому, как тряслись её порезанные руки и плечи, которые она просунула сквозь прутья и схватила нож. Зачем тебе нож, Канан.

Он оказался рядом с ней в два быстрых стремительных шага. Он сломал замок одним коротким ударом – ёкаи сильны, и к этому так приятно привыкать. Он перехватил раньше, чем она этот нож схватила. Он рывком поднял её на ноги, и она отдёрнулась от него со смесью гадливости и ужаса на лице.

Он-то думал, что женщины любят, когда их спасают.

Чего ты боишься, Канан?

Я пришёл за тобой.

Его голос чуть хрипче и ниже чем обычно, он рассказывает ей о том, как любит её, как за неё перепугался, что ничего страшного теперь и он будет её защищать – человек умер, он стал сильнее. Никто больше его сестрёнку не обидит.

Его острые теперь когти смыкаются на её запястьях – бледных и исхудавших, оставляя царапины и синяки. Просто рассчитывать такую силу еще не привык.

Почему-то она не рада. Почему-то она вырывается, в лихорадочном беспорядке бьёт его по лицу и груди, и трясёт её сильней, и она ревёт дерганными всхлипами – и это просто напряжение прошедших дней прорвалось наружу. Как и у него.

Убивший тысячу ёкаев сам становится ёкаем, и он убил гораздо больше, и Канан кажется, что он уже умирает – человек Гоно – что разлагается прямо у неё на глазах, и плоть с держащих её рук отслаивается и падает вместе с присохшей кровью. Глухими громкими шлепками.

Она не сошла с ума, это не аллегория, живым человеком не может быть тот, кто столько убивает. Он разлагается у неё на лазах, вцепившись в запястья белыми палками костей.

Канан кричит, когда он вытаскивает её из клетки, бьётся в его руках, вырывается назад, хватаясь за прутья слабыми пальцами.

Это не на шутку злит, ведь он пришёл спасти её, а она почему-то рвётся назад. Она визжит, его Канан, и визг этот плавленым свинцом закладывает уши. Она кричит что-то про чудовище и что-то про ребёнка.

Мы же так хотели детей, Канан, что изменилось.

Он пытается оттащить её за плечи, но она вцепилась в решётку и не отпускает, и все визжит, визжит, его тихая милая Канан. Она перепугалась. Визг метровыми иглами загоняется в виски – до белых пятен перед глазами. Он уговаривает её.

Потом ему надоедает. Он берёт её за волосы – за растрепавшуюся светлую косу, и только паутина прочнее. Рывком дёргает, и она отпускает эту проклятую клетку. Он так любил её длинные светлые волосы, и он вцепился в них острыми теперь ногтями, пачкая в крошеве костей и крови.

Она упирается – но всё слабее, визг переходит в тихие рваные всхлипы. Он тащит за собой её за эту косу – прямо по камню пола, прямо по еще тёплым трупам ёкаев, и лёгкая одежда, и кожа её тоже вся перепачкалась. Кажется, она не видит их развороченных внутренностей. Кажется, она ослепла.

Он спасает её – свою милую Канан, ради корой сделал столь многое, ради которой спустился так глубоко. Он тащит её наверх по ступеням, пусть даже она вырывается и кричит.

Ведь всё теперь непременно будет хорошо.

Её голова ударяется о ступени с глухим стуком, всё тише и тише.

Он протащил её до деревни, до главной площади, по узким улочкам мимо детской школы. Вокруг – навеки теперь мёртвые и пустые дома.

Её одежда изорвалась в клочья.

Он принёс её в дом и только тогда отпустил, не закрывая дверь. В их доме тоже полно мертвецов, и вышибленные мозги налипли на полу и стенах, начиная вонять. Канан забилась в угол, сжавшись в крошечный комок, плачет и дрожит.

Это ничего, стены и пол можно отмыть, а запах выветрится со временем. Или можно уйти в другую деревню. В другой город. Другую страну. Другую жизнь.

Главное она жива. Главное никто её больше не обидит.

Ну что же ты плачешь, Канан? Что же ты смотришь полными ужаса и ненависти глазами?

Мы будем жить.

Мы пришли домой.


@темы: фанфик, драма, дарк, ангст, Чо Хаккай, Каннан, Драббл, Гет, АУ, Saiyuki, R

URL
Комментарии
2011-02-18 в 01:25 

Ishytori
Музыковедьма
Классно. Мне очень понравилось. Обожаю ангст. И обожаю пейринг.
Автор молодец. Зацепило. И правда, верится во все это.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?
главная